Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление




НазваниеТрадиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление
Дата публикации17.10.2016
Размер9,76 Kb.
ТипДокументы
Глава вторая – часть 4

Традиции пьянства на воде.

Научно-историческое отступление

(самое, естественно, длинное).

А ведь когда-то мы не пили, товарищи. Ну не пили же. Было такое. Страшно вспомнить.

Грандиозная пьянка с мнимыми фотовспышками в Конаково (1984) не может служить примером по той простой причине, что не относится к байдарочным походам. Там, конечно, присутствовала байдарка, но исключительно как транспортное средство, перевозившее коллектив частями на противоположный берег московского моря по принципу, изложенному в знаменитой задачке про волка, козла и капусту. Первым грандиозным и массовым выступлением на заданную тему может служить, и служит Угра (1984). Огромное количество пива, запечатленное на фотографии (см.) в окружении его потенциальных потребителей, знаменательно скорее историей своей покупки, нежели последующего распития. Посетители небольшого сельского магазина с интересом наблюдали как, загрузив не то 54, не то 56 бутылок в рюкзак (в силу исчерпания возможностей рюкзака, но никак не коллектива), группа одетых

в походное товарищей собирается это все транспортировать. Когда не самый крупный из присутствующих (Олег) снял с себя курточку, наблюдатели с ужасом вдохнули в себя воздух, но, заметив, что эта курточка, (а затем и сам рюкзак) вскоре оказалась на плечах Карпова, существенно превышавшего габаритами всех окружающих, успокоенно выдохнула. Первое, что сделали походники, выйдя из магазина с этим запасом пива, так это принялись пить аналогичный продукт из стоявшей неподалеку пивной бочки, причем тоже в изрядных дозах. На воде от чрезмерного употребления холодного и, по правде говоря, не соответствующего ситуации напитка, началась забавная игра под названием «Остановите самолет, я слезу». Те, кому выходить еще было не пора, всячески оттягивали радость встречи нуждающегося с берегом.

Нуждающийся рвался на сушу, скандалил, требовал срочно причалить, но двое остальных были глухи к мольбам, продолжали грести, а, иногда даже участливо осведомлялись у коллеги, не хочет ли он еще бутылочку свежего пивка. Правда, это было характерно только для трехместных байдарок, где численный перевес временно не нуждавшихся в «смене воды в аквариуме» давал о себе знать. Двухместные же байдарки жили более дружно, и проблем внутри экипажа друг другу не создавали. Что же до трехместных, то, когда крики, мольбы и ругательства достигали критической отметки, страждущего все-таки выпускали на берег, где он прятал свое тело в ближайших зарослях, а при их отсутствии – никуда не прятал, а просто стоял на берегу спиной к окружающим, облегчая свою исстрадавшуюся душу. Вернувшийся обычно еще пару раз называл своих товарищей чем-нибудь нехорошим, но это уже звучало неубедительно и почти ласково. Минут пять-десять спустя отплытия мысль о том, что хорошо бы на берег, внезапно настигала следующего члена экипажа. И вся история повторялась заново, с переменой ролей. Недавно вернувшийся член экипажа, т.е. уже познавший муки, испытываемые его коллегой, был, естественно, наиболее язвительным.

Но это было всего лишь пиво. Уже на следующей Угре (1985) напитки сильно покрепчали. Сильно, т.е. вплоть до спирта, взятого как бы (а на самом деле именно) в медицинских целях. После двух-трехчасового марш-броска под проливным дождем при сильном порывистом ветре да на широкой реке народ решил, что час медицинских процедур пробил. Ритуал процедуры заключался в бросании своей байдарки на берегу на произвол судьбы, быстрого подбегания к единственной свежепоставленной палатке Сумкина, снятия с себя всех, ну или почти всех, и всяческих мокрых одежд, принятие спирта внутрь с последующим (только после всего вышеописанного) влезанием внутрь палатки и обратным облачением в одежды, уже сухие. (Девочкам была поблажка – спирт выдавался в смеси с горячим чаем, что нисколько не уменьшало его медицинского воздействия). От полного выполнения процедуры отклонился один только Лелик, продолжавший (после принятия спирта, разумеется) валить деревья, разводить костры и в гордом одиночестве ставить остальные палатки. Обе девочки (Светик и Марина Алешина), взбодренные полученным лекарством, по окончании дождя, в отличие от мужской части населения, улегшейся спать, остались на боевом посту, поддерживая пионерский костер до полного истощения боеприпасов, т.е. дров. Здесь же выстрелил афоризмом в историю обычно тихий Миша Кельнер. Спирт, сами понимаете, не водка, пить надо умеючи. Умение состоит в правильном дыхании при процессе. Ежели, например, при употреблении водки полагается перед рюмкой резко выдохнуть, необходимость чего, кстати, совершенно непонятна с медицинско-физиологической точки зрения иявляется, скорее, традицией, то перед употреблением спирта нужно, наоборот, набрать воздуха внутрь. Если по ошибке вы не вдохнули, а именно выдохнули, то, проглотив выданную вам порцию снадобья, вы вынуждены будете вдохнуть, что грозит обжечь ваши легкие парами потребленного спирта. (О бедном желудке лучше умолчим в скобках.) Так вот, об афоризме. У кого-то, кажется у Сашина, процесс не

обычно тихий Миша Кельнер.
заладился, т.е. совершенно не получалось правильно вдохнуть, чтобы принять. То ли мешала уже устоявшаяся за долгие годы привычка, то ли мешал Карпов, прыгающий рядом под проливным дождем и громко кричащий «Ну давай, Женя! Ну что же ты, Женя, давай!» В общем Женя процедуру несколько затянул, но в итоге выполнил. Следующим на очереди был Миша. Сашин, который, судя по всему, немного нарушил технологию и потому прерывисто дышал и моргал слезящимися глазами, по-дружески предостерег Мишу, стоящего у входа в палатку с кружкой в руке: «Капитан, надо вдохнуть». Миша заглянул в кружку и отчетливо произнес для себя, для Сашина и для всех потомков: «А, дыши – не дыши», после чего отправил содержимое кружки в рот.

Но это все, сами понимаете, – исключительно в целях профилактики простудных заболеваний. А так, нет – не пили, ну, точнее, не напивались. Вот на Рессете, например в 1986, не пили. Практически вообще. Единственная взятая в последний момент бутылка «Золотого кольца», с необходимостью опустошения тары выпитая на последней стоянке, (да и то ровно половина присутствующих пить отказалась наотрез) не считается. Да и эта-то бутылка была куплена совершенно случайно, благодаря имевшемуся свободному времени перед отбытием вечернего поезда праздношатающимися по улице Метростроевская Фатеевым, Фроловым и Платоновым. Двое последних при этом вошли в ту самую отказавшуюся половину.

Потом пошли отдельные случаи. В том же 1986 году, на Малом Киржаче, уже пили, условно опять же для согрева, но уж больно условно, причем некоторые даже до лежачего положения. Но количество напитков определенного градуса, которые брались с собой, в то время еще было крайне невелико. В предыдущем, 1985 году на Жиздре оставшуюся на шесть человек единственную в том походе, (да и то взятую в медецинских целях,) четвертинку тайком от Сумкина и Светика употребила группа товарищей в лице Сашина, Кикнадзе, Капитана и Валерика. Поход заканчивался, а повода для медицинских процедур все не было, и, как ни унизительно четвертинку на четверых, но, как говорится, на безрыбье… Когда позже, ничего не подозревавший Сумкин, захотел расплатиться этой, для него еще числящейся в живых, четвертинкой с водителем автобуса, который на общественных, вроде бы, началах согласился подвезти группу до вокзала, то все четверо, с трудом сдерживая смех, а иногда и откровенно смеясь и паясничая, начали синхронно рыться в своих рюкзаках, не менее синхронно разводя руками и охая: «Что-то куда-то она подевалась». Водителю пришлось довольствоваться коллективным спасибо. Тот же Малый Киржач отметился в первый же вечер упаиванием свежевымоченного экипажа Броненосца Потемкина после упоминавшегося уже шагания Капитана по борту, а именно: Фатеева и Аси до полной невменяемости при относительно трезвом Капитане и абсолютной трезвости остальных. Невменяемость Фатеева выражалась в продолжительном отказе от переодевания в сухую одежду, его мокрая тельняшка тряслась с завидным упорством несмотря на крики уже упавшей на дно палатки Аси: «Да переоденьте же его, ему холодно». Лелик сопротивлялся, а, так как с

с сопротивляющимся Леликом связываться опасно для жизни…



сопротивляющимся Леликом связываться опасно для жизни, его оставили в покое. Сама Ася выпала в осадок, придавив при этом спальник Платонова (о, какой это был спальник!). Попытки Платонова вытащить этот спальник из-под Аси наталкивались на ее полное непонимание необходимости беспокоившему ее товарищу в данном предмете: «На фига тебе спальник, спи так». При этом сама Ася лежала таки в спальнике, уже в своем. (Аналогичная ситуация с телогрейкой уже описана в «Несмотря ни на что», но, если в том случае телогрейка все-таки осталась на бревнолежащем Олеге, то Платонов свой спальник отобрал, несмотря на крики Аси «Отдай мою подушку!»).

Вышеописанный переворот произошел в условиях непрекращающегося с утра дождя, поэтому относительно мокрыми были все. Процедуру переодевания абсолютно не соблюдали ввиду отсутствия в данном походе и Сумкина, и Карпова, и спирта. Переодевались прямо в единственной спешно поставленной силами Никулина палатке. Сначала мужчины мужественно зажмурили глаза, когда единственная в составе плывущих дама меняла свой туалет на более сухой. Потом сухую Асю просто завалили вещами, в чем не было никакой необходимости, так как глаза ее и так слипались, а подвижность была сильно ограничена.

Начало же упаивания произошло прямо в воде у байдарки. Стоящие по пояс в Киржаче Лелик, Капитан и Ася употребили первые поллитра втроем, закусив их единственной бывшей у них грушей. Остальные товарищи с завистью наблюдали за ними с берега, но ничего поделать не могли, так как были не настолько мокрыми, чтобы лезть в Киржач. Миша и тут не обошелся без афоризма. Когда мимо него пролетел брошенный Фатеевым из глубин реки в сторону берега рюкзак, по причине удаленности от берега недолетевший и упавший в воду, и обдавший, естественно, Мишу огромным количеством брызг, то Капитан, стоящий по грудь в воде, мокрый от дождя и последствий переворота, мирно попросил Лелика, размахивающего очередным рюкзаком: «Леша, не брызгайся». После этой славной вечеринки, когда в один присест три человека выпили всю (для тех, кто не понял – ВСЮ!) водку, взятую на девять человек на весь поход, дальнейшее плавание происходило без купаний и переворотов, что еще раз наводит на мысль о неслучайности неосторожных шагов Капитана по борту своего мощного судна.

В 1987 году на Щеберице вспоминается все тот же Капитан, только снятый с бревна, на котором он в борьбе с ледяным течением провисел не менее пятнадцати минут. После усиленного принятия на грудь Капитан рассекал природу в шинели, ослепительно голубых трусах и сапогах на босу ногу. На предостережения ему, когда он отправлялся куда-нибудь в сторону леса, Капитан бодро и как всегда афористично отвечал: «Знаю, знаю, там рысь и два медведя». Не менее бурными (но не буйными) были Сашин и Карпов. Забавность ситуации заключалась в том, что именно эта троица поутру, забрав Салют (выглядевший кучей дров, замотанных в резину), как и планировалось ввиду безнадежной поломки судна, свалила с реки, оставив на всех оставшихся в дожде, порогах и снеге по берегам единственную и последнюю бутылку водки. Фраза про «рысь и два медведя» с той стоянки является классикой нашего внутрибайдарочного фольклора, наряду с уже упоминавшимися «Растянется!» и «Дыши – не дыши». Фраза не просто пришла Мише на ум, ее донесли до нас народные массы, ехавшие мимо на тракторе. Завидев наш лагерь, тогда еще неполный, так как бренные останки Салюта еще извлекались из реки, местные мужики поинтересовались, не страшно ли нам вот прямо так и здесь на целую ночь. На встречный вопрос, а что же тут страшного, мужики, выпучив глаза, сказали: «Да вы что, тут же у нас хищников полно в лесу!» На просьбу огласить весь список имевшихся в наличии хищников, один из мужиков покопался в памяти, и, еще более выпучив глаза, ответил «У нас тут рысь». «Да, и два медведя», - тут же добавил второй, надеясь вселить в нас вселенский ужас. Напугать нас не удалось, мужики так и уехали, а фраза осталась в веках.

Уща в 1988 году вообще отличалась благопристойностью. Кроме скромной бутылочки «сибирской» под картошку и извлеченную Белогуровым в последний день из недр своего рюкзака огромную банку сельди, и вспомнить-то нечего. Все было чинно и культурно. Нарушило общее благочинное настроение только явление из близлежащего селения, (куда они были посланы для уточнения маршрута), Мастер и Карпов. Два нестройных голоса и два еще более нестройных тела, поддерживающих друг друга, появились у костра глубокой ночью и устами Карпова стали что-то вещать о ремонте патефона, гостеприимных хозяевах и почему-то об устройстве улиц в городе Петропавловске-Камчатском, куда недавно занесла Карпова нелегкая судьба командира строительного отряда. Уста Мастера молчали вместе с ним, тело Мастера безжизненно лежало в палатке, до которой он с превеликим трудом добрался.

Практически нечего, да и просто нечего, вспомнить на Киржаче 1989 года. Прячась от бдительного ока Ирины Головченко за ближайшим бугром, группа товарищей, правда, периодически принимала в себя некое количество нужной жидкости, но вела себя всегда вежливо и трезво как по отношению к Ирине, так и по отношению к проплывающим байдаркам, которыми просто кишела в тот поход река. В 1990 году на реке Граничной вспоминается исполнение дуэтом Фролов-Белогуров известной песни «А ну-ка убери свой чемоданчик» после известной дозы известного напитка. При этом Белогуров одновременно с исполнением песни пытался исполнить и крайне незамысловатый танец, заключавшийся в переступании на полусогнутых ногах взад-вперед по поляне вдоль костра. После прозвучало уже одинокое оптимистическое соло Белогурова «Завтра будет лучше, чем вчера, завтра будет больше, чем вчера». Лежащих тел не было, так как обещанное «больше» не наступило из-за выпитого накануне. В конце похода кое-что все-таки случилось. Кусочек поляны на последней стоянке (той самой, что упоминалась в «Несмотря ни на что») напоминал в некотором роде мини-бар. Карпов и Кикнадзе, уединившись в тени деревьев, создавали коктейли из захваченного давно и безнадежно забродившего варенья и остатков спирта типа ректификат, которые (остатки) были благоразумно припрятаны на всякий случай. Разлившаяся спокойная река и неумолимо приближавшийся конец похода давали понять, что всякого случая уже не будет, поэтому спирт пошел в дело, т.е. в массы по своему прямому

оптимистическое соло Белогурова…


назначению.

В качестве эксперимента Карпов решил добавить в качестве отдельного напитка иной вид спирта, именуемый как технический спирт и известный в народе как денатурат. Сей напиток у работников физического труда в том заведении, где числился физиком сам Карпов, носил ласковое название «синька», хотя и имел откровенный сиреневый оттенок и совершенно непотребный химический запах. «Синьку» попытались втихаря подсунуть Белогурову, но Олег сразу распознал по запаху измену и вылил содержимое кружки в костер, тут же взметнувшийся до небес. Карпов решил продолжить шутку и подсунул следующую кружку Валерику. То ли Валерик решил в очередной раз показать, что ему ничто «не слабо», то ли обоняние подвело, но содержимое Петрович махнул одним глотком. Результат не замедлил себя ждать. Запах, исходивший от Валерика в течение всего вечера и ночи, вырубил всех комаров в округе, Петровичу было откровенно плохо, но он еще раз доказал, что ему не «слабо», в чем, на самом деле, и так уже никто не сомневался. Но, не считая отдельных фраз и мимолетных сценок, настоящих шедевров пока еще не было (хотя Капитан в своих голубых трусах был на диво хорош).

Настоящий шедевр случился в 1991 году на реке Устье. Вот там мы начали пить сразу и не отходя от кассы, т.е. начиная с самого приезда на реку. Причем перед стартом, в снегу собирая байдарки, пить мы начали нестандартно: две бутылки шампанского по случаю годовщины свадьбы Мастера и Ирины (а заодно по поводу проходящего дня рождения Аркадия) были не то, чтобы совсем некстати, но как-то не по погоде. Но шампанское, как известно, хоть и быстро ударяет в голову, так же быстро и выветривается. Уже в тот день же мы догнались, во многом благодаря погоде и приличным запасам более традиционных напитков. Потихоньку набирая форму к концу похода, мы достигли апогея в лице того же Валерика. До апогея была еще, конечно, Ирина, под многочисленными свитерами и шинелью так дававшая дуба под пленкой, которой мы укрыли от дождя наши байдарки, что пришлось спешно разбивать лагерь. Среди снующих там и сям под дождем товарищей, занятых суетой установки палаток и разведения костра, Ирина спустя некоторое время, полностью отведенное принятию внутрь себя всего мимопроносящегося алкоголя, выглядела спокойным памятником, установленным посредине какого-нибудь скверика. В распахнутой шинели, в красной шляпке Мастера, в позе горниста, перепутавшего горн с поллитрой, Ирина вошла в анналы истории. Потом ее куда-то унес Мастер.

Но это была только подготовка к настоящему зрелищу, которое, к сожалению, довелось увидеть не всем. На последней стоянке вблизи старинного русского города Борисоглебска Валерик был просто одержим видом Борисоглебского кремля на противоположном берегу. Слово Кремль в сознании Валеры ассоциировалось исключительно со стариком Крупским, к которому Валера, как только дошел до кондиции, решил при случае зайти. Одержимость постепенно переросла у Петровича в активные действия. Сначала он решил привлечь внимание Крупского к своей скромной персоне и разжечь сигнальные огни, для чего стал ломать бревна, бывшие толщиной в его же нетвердо стоящие нижние конечности. Точнее, не то чтобы стал ломать, а только попытался это сделать. Зажав бревно между двух росших рядом березок, и используя в качестве груза свое нагруженное алкоголем тело, Валерик пошел на рычаг и внезапно затих. Фонарик, которым орудовал Олежка, обнаружил Валерика безжизненно висящим на бревне и откровенно спящим. Спустя некоторое время, Олег снова посветил в район боевых действий и застал Валерика уже в несколько иной позе. При этом последний продолжал безмятежно спать. В течение следующего получаса при каждой подсветке Валерик представал перед изумленными зрителями, сидящими у костра, в самых различных позах, которые непонятно как позволял ему принимать его гибкий организм. Спустя час он исчез с бревна вместе с организмом. Сначала его нашли под соседним деревом в маленькой канавке, используемой местными жителями, привычным местом пикника которых, судя по всему, наша стоянка и являлась, для складирования пустых консервных банок. Валера ворочался, звенел, гремел и ругался. Когда, наконец, наступила тишина, фонарик не нашел в канавке никого. На всякий случай, Кикнадзе и Платонов, брошенные на поиски Валерика, поковырялись в банках, но безуспешно. На поляне не было ни Валеры, ни его организма, ни следов их обоих. С учетом того, что в последние минуты все силы Валеры уходили на борьбу с бревном и банками (для экономии сил он даже не говорил, а только многозначительно улыбался), мы понимали, что уйти далеко он не мог. С фонарем наперевес, в третьем часу ночи два спасателя рванули в лес. Фатеев, оставшийся у костра дежурить со Светой, тогда еще не Фатеевой, попытался создать дополнительное освещение, подбросив в костер все, что только было можно. Прогулка по лесу в ночное время есть занятие романтичное и только для уравновешенных людей. Поодиночке его лучше не совершать, поэтому Олег и Алексей старлись держаться вместе. Но даже с удвоенным духом, услышанный Платоновым и Кикнадзе рык в глубине леса привел их в состояние повышенной боевой готовности, так как своей силой и близостью к дикой природе напомнил тех самых «рысь и два медведя». Спасателям стало неуютно. Рык повторился. Опасаясь за судьбу Валеры (а не его ли это едят?) спасатели смело и решительно двинулись на голос. Через добрую сотню метров им предстала ужасная картина. На маленьком холме, обняв родную землю, лежал бездвижный Леонтьев и громко икал. Звериный рык оказался его суровым иком. Призвав на помощь Фатеева, группа товарищей пошла Валеру умывать в реке Устье, где едва не была утоплена самим умываемым, так как, отдохнув на родной земле, Валерик, казалось, впитал ее силы. На все вопросы, что он там в лесу делал, Валера отвечал одинаково: «Шел к старику Крупскому». В дополнение ко всему, принесенный на стоянку, Валера, едва вломившись в палатку, упал на первое, что подвернулось ему под совершенно не державшие его ноги. Первым подвернувшимся оказалась Ирина, которой Валерик, не скатываясь с оной, по словам не спавших соседей, стал делать непристойные для замужней дамы предложения. Получив по морде (не иначе говоря или образно выражаясь, а именно и буквально по лицу), Валера умерил пыл, сполз с дамы и попытался залезть в спальник прямо в сапогах. Сапоги сильно мешали, и попытка привела почему-то к тому, что Валера влез в спальник уже головой вперед сразу по пояс, где и уснул. Чем он там внутри дышал, остается неясным, но с утра он был еще жив, хотя нельзя сказать, чтобы свеж и бодр.

Вероятно, именно после такого происшествия, а на самом деле совершенно по другой причине, мы взяли паузу и на некоторое время прекратили наши похождения. В 1995 году, возобновив традиции майских походов, при взятии в снегах Киржача, новичок в байдарочных походах Марина решила начать освоение трудной науки традиций плавания с самого главного. На второй день похода, изрядно замерзнув и не имея иной возможности согреваться, кроме как принимать внутрь (весло на всю байдарку было одно, и им ожесточенно махал Платонов, собака Ред (тоже новичок) Марину не грел, а сама тряслась как белье в стиральной машине), Марина выступила по полной программе. Начав утро с коньячка «Юбилейный», милостиво предоставленного коллективу Аркадием, продолжив настойками на клюкве и апельсинах, ближе к вечеру Марина (да и все окружающие) перешли к употреблению Зубровки из горлышка. Так как рулевой байдарки (Платонов), где сидела Марина, также был не прочь принять чего-то, то в неожиданный момент байдарка села на мель, несмотря на всю ширину реки. Пока Платонов сталкивал байдарку на воду, Марина улучила момент и схватила весло, чтобы хоть немного погреться. Первый же в ее жизни байдарочный гребок привел к перевороту байдарки прямо на мели, когда, уже и так задубевшие, тела членов экипажа, вывалились прямо в холодную воду. Погоня за ушедшими далеко вперед байдарками выбила из сил (из-за ожидания тепла) Марину и (из-за необходимости грести) рулевого Платонова. Последний, к великой своей радости, на очередном повороте увидевший байдарку Кикнадзе, который удивленно показывал на автомобильный мост, к коему планировалось подплыть только завтра, отключился напрочь и пришел в себя только на берегу, застав на своих руках тело Марины, которая в себя пришла глубоко позже. Переодевание Марины, совершенное руками Платонова и Настеньки, было существенно проще вышеописанного одевания Сашина при отходе его ко сну, так как тело Марины не сопротивлялось и было безразлично к предметам одежды, в которые его засовывали. В себя оно (тело) пришло глубокой ночью. С искренним удивлением спросив лежащего рядом и разбуженного по этому поводу Платонова «А почему мы, собственно, не поужинали?». Не получив в ответ ничего внятного, тело затихло и снова заснуло.

Через год, в 1997 году, отличилась наша Настенька. Предполагавшееся отплытие, отложенное на пару часов из-за неприятного сочетания снега, дождя и града, сыпавшегося с неба, пришлось отложить на сутки, так как Настенька стала полностью нетранспортабельна. Характер настиного опьянения был великолепен. Настю все возбуждало. Для начала, конечно, ее муж, отдельные красные элементы одежды которого привели Настю в восторг: «Женя, твой красный цвет меня возбуждает! Меня вообще все красное возбуждает». Женя от греха подальше свалил в лес вместе с футбольным мячом. Добавив еще полста, Настя повернулась к сидящему рядом Платонову и стала гладить его коленку, облаченную в синие облаченную в синие тренировочные штаны. «Классные у тебя штаны,
^

Настю все возбуждало…




ворковала Настя, - они меня возбуждают». На возражение Платонова, что штаны не красные, а синие, Настя ответила, как отрезала: «По фигу. Все равно возбуждают», и вынудила благопристойного Платонова также удалиться на футбол. Вскоре, когда все способное возбуждать ушло пинать мячик, на футбол явилась сама Настя с целью встать на ворота, так как передвижение по полю давалось ей с трудом и на форварда она никак бы не потянула. Стиль защиты ею футбольных ворот достоин внимания ведущих тренеров мира. Подпустив чужого нападающего к воротам на расстояние броска, Настя падала вперед, охватывая руками нападающего за первые попавшиеся части тела этого нападающего и прижимая его к земле. Движение и местонахождение мяча ее совсем не интересовало. После очередного захвата Сашина Настя так и осталась лежать в воротах на затихшем форварде, а потом с пением «Каждый день с песней, каждый день вместе, каждой ночью любовь», была увлечена Сашиным к реке, где затихла и откуда была принесена уже практически безжизненной.

Удивительным и непонятным фактом является тотальная трезвость участников прошлого (1999) похода: несмотря на огромное количество всего вливавшегося в их промерзшие организмы, все были постоянно и мертвецки трезвы. И вот, к радости летописцев и окружающих, Сашин внес новую жемчужину в нашу коллекцию.

Что касается собственно напитков, то от банальной водки, перемежаемой со спиртом, через многочисленные настойки на той же водке (апельсиновые корочки, вишня, грейпфрут, смородина разная, клюква и т.п., отдельно стоит великий коктейль «Черный капитан» производством от Кикнадзе), через смеси водки с жуткими сухостоями типа «Зуко», и банальные «охотничьи» мы постепенно перешли к большому и прекрасному разнообразию: от коньяка до перцовки, от самогона (куяльник) до бальзама, от напитка с загадочным названием «русский сувенир» до пантов на меду. Хотя важнейшим из напитков для нас все равно остается «Кубанская» (кто не согласен, обратитесь к Сашину), пусть и в совокупности с выжатым в нее апельсином. (В этом году этот коктейль носил достойное название «Дамский напиток», хотя невзирая на название мужчинами тоже был периодически употребляем).

Похожие:

Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconРабочая программа (Лапшина Н. В.)
Паломничество в русской церковной традиции. Основные понятия. Историческое развитие
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconВнеклассное мероприятие «Что мы знаем о воде?»
...
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconПравила безопасного поведения на воде
Если что-то произошло в воде, никогда не пугайся и не кричи. Во время крика в твои легкие может попасть вода, а это как раз и есть...
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconИнтерференция света
Свет прошёл s1 = 20 см в сероуглероде (n1 = 1,63). Какой путь s2 пройдёт свет за то же время в воде (n2 = 1,33)? Чему равняется оптическая...
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconПлавание способствует оздоровлению, физическому развитию и закаливанию...
Поэтому чем раньше приучить ребенка к воде, научить его плавать, тем полнее скажется положительное воздействие плавания на развитии...
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconКлассный час «Семейные праздники и традиции» Тема: Семейные праздники и традиции
Формы организации познавательной деятельности: работа в парах, индивидуальная, фронтальная
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconПрочитал книги братьев Фишера и Шнайдера. Мне кажется, что это ересь...
Прочитал книги братьев Фишера и Шнайдера. Мне кажется, что это ересь и отступление от наших основ, взятое от Свидетелей и Ариан....
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconТрадиции Рождества
Рождество Христово — это не только светлый праздник православия. Рождество праздник возвращенный, возрождающийся. Традиции этого...
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconТема: "Семейные традиции, их роль в воспитании"
Меня зовут Кристина Петровна, я – воспитатель из двенадцатого детского сада. Сегодня я проведу с вами родительское собрание на тему...
Традиции пьянства на воде. Научно-историческое отступление iconПлан работы с неблагополучными семьями
Профилактические беседы с родителями по выявлению причин пьянства, не внимательного отношения к детям в семье
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
dopoln.ru
Главная страница